a5Ris.A.Djurer.1511g.pero,bistr.Драматургия очередного заседания комиссии по вопросу подготовки проведения общественных слушаний (прошедшего 28 августа 2015 года), была полностью задана двумя сногсшибательными процедурами голосования – в самом начале и при завершении. Между двумя этими голосованиями простирался туман, мир иллюзорных видимостей (“покрывало майи”), где все бродили и ничего не находилось.

Первое голосование выглядело так.

Самопровозглашённая председатель комиссии, депутат Ирина Гидеон, торжественно зачитала свежеиспечённое Решение исполкома о придании прибрежной защитной полосе на правом берегу Стугны статуса зоны массового отдыха, явно намекая на то, что теперь-то уж скандальный вопрос о защите леса может быть снят с повестки дня. В этот момент, нужно признаться, было очень сложно понять, действительно ли уважаемая Ирина Юрьевна не понимает очевидную тавтологичность такого Решения (ведь прибрежная полоса уже охраняется водоохранным кодексом и не нуждается в дополнительной “защите” чиновников)? Или в её трудном положении (сопоставимым разве что с позицией министра иностранных дел РФ на заседании ООН), самодурства положено “носить” с достоинством?

Затем было предложено проголосовать за пропозицию следующего содержания: 1). деполитизировать вопрос о проведении общественных слушаний (т.е. провести их после осенних выборов); 2). принять предложение директора компании застройщика, Сергея Рубана, которое было внесено на прошлом заседании комиссии. Это значило подождать, пока застройщик определиться с планами застройки и вынесет их на общественные слушания.

Невозмутимо отреагировав на встречные реплики, председатель предложила сначала провести голосование, а затем уже выслушать, у кого какие есть возражения и почему. Как следовало из подчёркнуто вежливого требования приступить к голосованию, важным в данном случае было соблюдение формального аспекта голосования (подсчёт голосов), а не дебаты и трения вокруг содержания самой пропозиции.

Вскоре стало ясно, почему.

После того, как результаты голосования выявили несогласных, Ирина Юрьевна, поспешно “сворачивая” заседание комиссии, подытожила ошеломительным: “Несогласные, пожалуйста, можете обращаться в суд”…

Подождите… К кому обратилась председатель? Ведь “несогласные” – такие же полноправные члены комиссии, как и сама Ирина Юрьевна (по условиям создания комиссии). Так кто, в таком случае, должен обращаться в суд? Почему бы в суд не обратиться, например, самой Ирине Юрьевне, подав иск на членов комисии, не поддержавших её пропозицию? Интересно, а всегда ли работа комиссий при Украинском горсовете увенчивается судебными исками членов комиссии против друг друга? Или это – первый, единственный и уникальный, экспериментальный случай, участниками которого нам посчастливилось вдруг стать?

Следующие часы ушли на то, чтобы как-то это марево “расколдовать”, объяснить стороне горсовета, почему такое завершение процесса абсолютно невозможно, и почти приступить к работе.

Но если первым голосованием был сбит рабочий фокус, то вторым стало практически невозможно подведение итогов.

Когда, наконец, встал вопрос о дате проведения общественных слушаний, было объявлено второе эпохальное голосование.

“За” дату 1 ноября проголосовали депутаты и сочувствующие (6 человек).

“За” дату 27 сентября проголосовали все остальные присутствующие в зале.

После чего проголосовавшие за 27 сентября были объявлены замешанными в некоей загадочной многоходовке. Но это можно опустить… Второй ошеломительный залп последовал вновь от председателя, которая заявила, что Решение не принято, – поскольку, чтобы бы быть принятым, оно должно быть единодушным! Вот как. “Идите в суд” как базовая процедура предшествующего голосования была внезапно изменена на процедуру голосования консенсусом (что, кажется, только в ООН и практикуется). При этом никакие попытки прояснить вопрос о том, а когда же именно была принята такая процедура голосования и неужели существует прецедент такого формата работы комисссии, не увенчались успехом.

К сожалению, постепенно складывается ощущение, что единственной целью некоторых депутатов, которые по ошибке взвалили на себя эту ношу, является коротание времени и какой-то почти бессонательный саботаж, а единственным возможным форматом коммуникации станет, рано или поздно: “несогласные, идите в суд!” Понятно, почему.

Yana Volkova